В Советский районный суд г.Орска с исковым заявлением обратился местный житель, в котором указал, что в ноябре 2019 году по договору купли-продажи он приобрел легковой автомобиль. Как указывал истец, он долго занимался ремонтом автомобиля, поскольку приобрел его в аварийном состоянии. После ремонта авто для постановки автомобиля на регистрационный учет истец обратился в ГИБДД, однако ему в постановке на учет было отказано по причине установления запрета на совершение регистрационных действий в отношении спорного автомобиля и бывшего собственника. В последующем истцу стало известно, что в августе 2020 года судебным приставом-исполнителем было возбуждено исполнительное производство в отношении бывшего собственника авто и в рамках исполнительного производства был наложен арест на имущество должника. Поскольку истцом автомобиль приобретался до того момента, когда было вынесено постановление о запрете на совершение регистрационных действий, он просил суд освободить авто от ареста.

При рассмотрении иска судом установлено, что действительно между истцом и собственником автомобиля был заключен договор купли-продажи автомобиля в 2019 году. Между тем, надлежащих доказательств того, что истец после покупки авто обращался в органы ГАИ с целью внесения изменений о собственнике транспортного средства суду представлено не было. Кроме этого, в материалах дела также отсутствуют доказательства, подтверждающие страхование гражданской ответственности истца как владельца спорного авто. Суд пришел к выводу о том, что, несмотря на то, что регистрация автомобиля не является государственной регистрацией перехода права собственности,  а носит учетный характер, при наличии спорной ситуации, регистрация транспортного средства является доказательством добросовестности (недобросовестности) поведения участников спорных правоотношений. Однако доказательств факта, что истец принимал меры к регистрации транспортного средства после заключения договора суду представлено не было. Напротив, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об обратном. В частности, «бывший» собственник после заключения договора купли-продажи неоднократно привлекался к административной ответственности при управлении спорным автомобилем. При этом, сам истец также привлекался к административной ответственности, однако при управлении иным автомобилем.

Суд пришел к выводу, что фактически спорное транспортное средство не выбыло из владения «бывшего» собственника после заключения договора и до момента наложения ареста в виде запрета регистрационных действий в отношении транспортного средства сведения об изменении собственника не вносились. Доказательств того, что стороны сделки имели намерение ее исполнить или требовать исполнения, истцом суду также представлены не были. Довод о том, что истец не регистрировала в органах ГАИ транспортное средство, в связи с приобретение автомобиля в аварийном состоянии опровергаются фактами привлечения собственника к административной ответственности при управлении спорным транспортным средством, что говорит о том, что автомобиль находился в исправном технически состоянии. Суд счел, что данный договор купли-продажи авто был заключен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия.

В связи с данными обстоятельствами суд отказал в удовлетворении требований иска.

Решение суда в законную силу не вступило.